A A
RSS

Улица жонглёров

Кто такие менестрели?
Художники, иллюстрирующие рыцарские романы, изображали менестрелей почти всегда одинаково.
Вот он стоит под балконом средневекового замка, стены которого увиты плющом, — молодой, стройный юноша с золотыми или тёмными кудрями, ниспадающими на бархатный камзол из-под берета, увенчанного страусовым пером. В руках юноши лютня или виола. — словом, какой-то средневековый музыкальный инструмент. Под небом, усыпанным звездами, в ночной тишине он поёт, аккомпанируя сам своей песне. В песне воспевается неземная прелесть благородной дамы, хозяйки замка.
Что ж, cпopy нет — картинка прелестная. Но, увы, не совсем верная.
Художники, может быть сами того не желая, объединяли в одном лице (то есть в лице этих благородных юных красавцев) два вида средневековых музыкантов: трубадуров и менестрелей.
Кто такие трубадуры? О, это почти всегда люди благородного, рыцарского происхождения. Сам Ричард Львиное Сердце — трубадур.
Поэты и композиторы одновременно, они действительно слагали песни в честь своих прекрасных дам. Но вот петь эти песни, исполнять свои произведения соглашались немногие. Не вполне прилично рыцарю, стоя под балконом даже самой достойной и благородной из дам, петь и играть на лютне подобно простому менестрелю. И сама дама, наверное, удивилась бы, увидев своего трубадура за таким неблагородным занятием.
А кто же такие менестрели?
Представим себе Париж, ну, скажем, 1328 года. На французском троне только что прочно воцарилась династия Валуа. Это было время укрепления могущества городов и блестящего расцвета искусств. Кончалось суровое средневековье, начиналась эпоха Возрождения.
Итак, мы в Париже. Какой-то знатный парижанин устраивает у себя праздник. Праздник не может быть без музыки, а значит, нужны музыканты. Если бы этот парижанин был принцем или сеньором, у него, конечно, в числе слуг имелись бы свои собственные менестрели. Но так как их нет, приходится отправляться за ними на улицу жонглёров.

Улицы средневековых городов не отличались чистотой. Помните, у Андерсена есть сказка, которая называется «Калоши счастья».
Стоило почтенному ученому, одному из героев этой сказки, по собственному желанию очутиться в средневековом городе, как сразу же его волшебные калоши увязли в грязи на немощеной улице. А улица жонглёров в Париже была к тому же и улицей бедняков — ведь на ней жили самые презираемые, самые ничтожные, даже по мнению простых ремесленников, люди — менестрели и жонглёры, артисты и музыканты.
Так вот, нашего знатного парижанина слуги несут в портшезе по улице жонглёров. Видимо, он большой знаток и любитель музыки, потому что не доверил слугам наём музыкантов, а хочет сам проверить и отобрать лучших: «искусство требует жертв» — и он с презрительной, брезгливой миной важно покачивается в портшезе, разглядывая оборванцев, сидящих у порогов своих лачуг.
Какой-то старик собрал около себя стайку лохматых полуголых ребятишек и что-то им рассказывает. Дети внимательно слушают.
«Умей хорошо изобретать и рифмовать, — говорит старик, — умей лихо бить в барабан и цимбалы и как следует играть на мужицкой лире; умей ловко подбрасывать яблоки и подхватывать их на ножи, подражать пению птиц, проделывать фокусы с картами и прыгать через четыре обруча; умей играть на цитоле и на мандолине, умей держать в руках монохорд и гитару, натянуть семнадцать струн на ротту, хорошо обходиться с арфой и аккомпанировать на скрипке так, чтобы удобнее было петь, декламируя».
Дети шевелят губами, повторяя за стариком это старинное поучение жонглёру и менестрелю, а старик продолжает:
«Жонглёр, ты должен знать, как содержать в исправности девять инструментов: вьеллу, волынку, дудку, арфу, мужицкую лиру, скрипку, декахорд, псалтерий и ротту; если же ты сам выучишься играть, то будешь в состоянии удовлетворить все запросы; пусть гудит, в твоих руках лира и звенит бубен!»
Когда-то всё это умел делать сам старый менестрель. Но сейчас он уже не прыгнет сразу через четыре обруча, и пальцы потеряли гибкость, и голос пропал. Теперь его уже никогда не нанимают играть на праздниках. Вот и этот богатый парижанин остановил слуг, послушал «поучение» и сделал знак нести дальше.
Старик вздыхает и провожает взглядом удаляющиеся носилки. Потом отпускает своих учеников, которым уже не сидится на месте: нужно бежать и сообщить отцам, старшим братьям и сёстрам, что богатый сеньор сам прибыл на улицу жонглёров.
Дети уже хорошо знают, как важно вовремя успеть представиться сеньору и предложить свои услуги, — всех ведь не наймут. А кто знает, когда ещё появится здесь такой любитель музыки и даст возможность хорошо заработать и вкусно поесть.
Да, нелегко живётся обитателям улицы жонглёров, весёлым менестрелям, танцорам, комедиантам; и не всегда звуки музыки, несущиеся из домов, пляски и головоломные трюки вызваны хорошим настроением. Это повседневные упражнения, тренировка, — комедиант должен совершенствовать свое умение, оттачивать свое мастерство.
‘Задумался старый менестрель, вспоминает свою нелёгкую долгую жизнь.. . «Всё же теперь стало лучше жить, — думает старик. — Лет двадцать пять назад, когда правил ещё Филипп Красивый, все французские менестрели объединились в братство и дали этому братству имя всегдашнего своего покровителя, святого Жюльена. Тогда же король Франции назначил «короля менестрелей», Жана Шармильона. Я ведь хорошо знал этого прославленного менестреля, — думает старик, — настоящий, большой комедиант! Так у менестрелей появился свой король, и когда приходится уж очень туго, можно обратиться к нему за помощью. Правда, далеко не всегда и «король» приходит на помощь: все-таки он ведь тоже всего-навсего менестрель».
Вспоминает старик и о том, как уже совсем недавно, в 1321 году, семь лет тому назад, 29 менестрелей и 8 жонглёров собрались и выработали устав братства. И нынешний король утвердил устав. Этот день навсегда останется в памяти — день утверждения устава, 14 сентября.
Теперь менестрели находятся под защитой закона.
Правда, ненамного легче стало жить, но всё же приятно сознавать, что ты приписан к братству святого Жюльена.
Мимо старика снова прошествовала процессия. Занавески портшеза опущены — сеньору надоели лачуги и лохмотья, он устал. Сегодня вечером у него будет хорошая музыка… Да! Как же он мог об этом забыть! И сеньор высовывается из-за занавески. «Эй, старик! Прикажи от моего имени этим оборванцам, пусть оденутся поприличнее. Прошлый раз их жалкие тряпки портили всю картину моего праздника!» И носилки двигаются дальше. Старик низко кланяется вслед и снова вздыхает: и так уже вся улица собирает идущих на работу: кто шляпу даёт, кто башмаки, кто трико — новый костюм для выступлений стоит недешево.
Говорят, в Германии у музыкантов есть постоянная служба, за которую они регулярно получают деньги. Те, кого бродячая судьба комедианта заносила в Германию, рассказывают невероятные чудеса. Будто германские трубачи объединяются в оркестры и даже получают звание городских чиновников, поскольку служат в муниципалитете. Каждый день, утром и вечером, они выходят на башни муниципалитета и играют хоралы. И им не только платят деньги, но и дают красивую одежду, тех же цветов, что и на флагах города, в котором они живут.
«Выдумки, наверное, — качает головой старик,—чего только не наслушаешься от бродячих, сам когда-то бродил, знаю». Но всё же решает рассказать эту красивую сказку.своим ученикам. Пусть послушают, какая честь может быть оказана менестрелю; пусть помечтают о том, что и во Франции будут когда-нибудь так же жить все комедианты…
Муниципалитеты германских, польских, чешских городов действительно держали на службе оркестры трубачей. Эти городские трубачи и вправду были довольно уважаемыми людьми в городе. У немецкого художника Дюрера есть даже картина, на которой изображён оркестр трубачей города Нюрнберга. Любопытно, что нюрнбергские трубачи, выходящие на башни ратуши, существуют и в наши дни. До сих пор утром и вечером разносятся по городу голоса их звонких труб.
И раз уж мы заговорили о городских трубачах, вспомним одну историю.
Радиопозывные польского города Кракова (затрудняюсь вам сказать, существуют ли именно эти позывные и сейчас) — сигнал трубы. Сигнал этот особенный, он очень странно заканчивается — обрывается внезапно на затухающем, как бы сползающем вниз звуке.
Вот что рассказали мне об этом.
Когда татаро-монгольское войско осадило город, краковские трубачи поднялись на городские стены, чтобы сигналом предупредить город о надвигающейся опасности. Вражеская стрела попала в грудь трубача. Напрягая последние силы, умирающий протрубил сигнал, только закончить его уже не смог. Он упал, не отнимая трубы от губ, и труба приняла последнее дыхание — отозвалась последний раз и затихла.
В память о мужественном трубаче город Краков сделал своими радиопозывными этот трагически оборвавшийся сигнал.
Да, городские трубачи получали красивую одежду и даже пользовались уважением, насколько это возможно при таком «несолидном» ремесле, но… были ведь и другие музыканты в Германии, Польше, в других странах. И жизнь немецких шпильманов, русских скоморохов — словом, жизнь народных музыкантов и артистов всех стран — мало чем отличалась от тяжёлой жизни французских менестрелеіі, членов братства святого Жюльена, обитателей улицы жонглёров в Париже.

Г. Левашёва

 

Tags:

Комментировать

 
Головоломки Ноты беседы-очерки-рассказы видео детское творчество истории создания опер истории создания песен мифы-легенды-сказки музыкальная педагогика музыканты улыбаются отголоски прошлого портреты композиторов праздники-развлечения советы стихи о музыке танцы театр кукол теория музыки фонограммы mp3 фото хор цитаты школьная филармония
Великие о музыке
  • Музыка – это откровение более высокое, чем мудрость и философия.
    Людвиг ван Бетховен

  • Любителями и знатоками музыки не рождаются, а становятся… Чтобы полюбить музыку, надо прежде всего ее слушать. Дмитрий Шостакович

  • Музыка подобно дождю, капля за каплей, просачивается в сердце и оживляет его. Ромен  Роллан

  • Любое искусство стремится к тому, чтобы стать музыкой.
    Уолтер Патер

  • Без музыки жизнь была бы ошибкой.
    Фридрих Ницше

  • Слова иногда нуждаются в музыке, но музыка не нуждается ни в чем
    Эдвард Григ

  • Музыка не имеет отечества; отечество ее – вся вселенная.
    Фридерик  Шопен

Яндекс Метрика

Октябрь 2017
M T W T F S S
« Dec    
 1
2345678
9101112131415
16171819202122
23242526272829
3031